Мозг рассказывает.Что делает нас людьми

Рамачандран Вилейанур С.

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

The

T E L L - T A L E B R A I N

A Neuroscientist’s Questfor What Makes Us Human

V . S . R AM A C H A N D R A N

w . w . n o r t o n & c o m p a n y n e w y o r k l o n d o n

м о з г

Р АС С К АЗ Ы В А Е Т

Что делает нас людьми

B . C . Р А М АЧ А Н Д Р А Н

к а р ь е р а п р е с с

П Р Е Д И С Л О В И Е

Во всем разнообразии философских вопросов нет темы

более интересной для всех, кто жаждет знания, чем

особенности того важного ментального преимущества,

которое

возвышает

человеческое

существо

над

животным...

ЭДВАРД БЛИТ

ПОСЛЕДНИЕ ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ Я ИМЕЛ СЧАСТЬЕ РАБОТАТЬ В развивающейся

области когнитивной нейронауки. Эта книга квинтэссенция огромной части

моей работы, которая заключалась в том, чтобы распутать одну неуловимую

нить за другой таинственные связи между мозгом, разумом и телом. В

предстоящих главах я излагаю мои исследования различных аспектов нашей

внутренней ментальной жизни, которой мы, конечно, интересуемся. Как мы

воспринимаем мир? Что представляет собой так называемая связь «разум-

тело»? Что определяет половую идентичность? Что такое сознание? Что

нарушено при аутизме? Как мы можем объяснить все те загадочные

способности, которые делают человека человеком, такие, как искусство,

язык,

метафора,

творчество,

самосознание

и

даже

религиозная

восприимчивость? Как ученым, мною движет сильное любопытство узнать,

как мозгу обезьяны (подумайте только обезьяны!) удалось развить такой

божественный набор психических способностей.

Мой подход к этим вопросам состоял в том, чтобы исследовать

пациентов с повреждениями или генетическими отклонениями в различных

областях мозга, которые вызывают странные эффекты в их умственной

деятельности и поведении. В течение многих лет я работал с сотнями

пациентов, которые страдали (хотя некоторые из них ощущали свою болезнь

как дар) от многих необычных и странных неврологических расстройств.

Например, это люди, «видящие» музыкальные тона или «познающие»

строение всего, чего они касались, или пациент, ощущавший, будто он

отделяется от тела и наблюдает за ним с потолка. В этой книге я опишу то,

что мне удалось выяснить благодаря этим случаям. Подобные расстройства

первоначально сбивают с толку, но благодаря волшебству научного метода

мы можем сделать их постижимыми, если поставим правильные

эксперименты. Рассказывая о каждом таком случае, я проведу вас след в след

по тем же умозаключениям иногда заполняя пробелы неожиданными

интуитивными догадками, которые я сам делал, когда ломал голову над тем,

как их можно объяснить. Часто, когда с клинической точки зрения загадка

решена, ее объяснение открывает нечто новое относительно того, как

работает нормальный, здоровый мозг, и приводит к неожиданным догадкам о

некоторых из наиболее заветных психических способностях. Надеюсь, что

подобные путешествия будут интересны вам так же, как и мне.

Читатели, которые следили за моими работами все эти годы, уже

знакомы с несколькими случаями, которые я описал в моих предыдущих

книгах, Phantoms in the Brain и A Brief Tour of Human Consciousness. Этим

читателям будет приятно узнать, что я могу сказать кое-что новое даже о

моих прежних открытиях и наблюдениях. В последние пятнадцать лет наука

о мозге сделала гигантский шаг вперед, дала новые перспективы

относительно да что там, вообще относительно всего. После десятилетий

прозябания в тени «точных» наук нейронаука поистине переживает время

расцвета, и этот стремительный прогресс дал направление моей работе и

обогатил ее.

За последние два столетия мы стали свидетелями захватывающего

прогресса во многих областях науки. В физике, как раз в то время, когда

великие умы XIX века провозгласили, что теория физики близка к

завершению, Эйнштейн показал нам, что пространство и время являются

намного более странными, чем могла бы представить себе предшествующая

философия, а Гейзенберг выявил, что на субатомном уровне терпят крах

даже самые основные представления о причине и следствии. Как только мы

оправились от шока, мы были вознаграждены открытием черных дыр,

квантовой сцепленности, а также сотнями других загадок, которые будут

вызывать у нас чувство удивления еще и в грядущие века. Кто мог бы

представить себе, что Вселенная состоит из струн, вибрирующих в тон с

«Божественной музыкой»? Подобные списки можно составить и для

открытий в других областях. Космология подарила нам расширяющуюся

вселенную, темную материю и поразительный взгляд на бесчисленные

миллионы галактик. Химия объяснила мир при помощи периодической

таблицы элементов и подарила нам пластмассу и рог изобилия, дающий

чудесные лекарства. Математика даровала нам компьютеры хотя многие

«чистые» математики предпочли бы, чтобы их дисциплина не была запятнана

столь практическими целями. В биологии с утонченной подробностью были

разработаны анатомия и физиология тела, стали проясняться механизмы,

двигающие эволюцию. Болезни, мучившие человечество с начала его

истории, были наконец-то объяснены с точки зрения науки, а не колдовства

или божественной кары. Произошли революции в хирургии, фармакологии и

здравоохранении, так что продолжительность жизни в промышленно

развитых странах удвоилась за последние четыре или пять поколений.

Основным революционным прорывом была расшифровка генетического кода

в 1950-х годах, что стало рождением современной биологии.

По сравнению с этими областями знаний науки о разуме психиатрия,

неврология, психология влачили жалкое существование на протяжении

долгих веков. Действительно, вплоть до последней четверти XX века

невозможно было найти строгих теорий о восприятии, эмоциях, познании и

умственных способностях (единственным значимым исключением было

цветовое зрение). В течение большей части XX века все, что можно было

предложить для объяснения поведения человека, исчерпывалось двумя

теоретическими построениями фрейдизмом и бихевиоризмом, и оба

пережили в 1980-х и 1990-х значительный упадок, когда нейронаука смогла

продвинуться дальше своего бронзового века. Для истории это совсем

небольшое время. По сравнению с физикой и химией нейронаука все еще

молодая выскочка. Но прогресс остается прогрессом, и какой это был

прогресс! От генов к клеткам, от клеток к нейронным сетям, от них к

процессам познания. Сегодняшняя нейронаука с ее глубиной и широтой как

бы далека она ни была от законченной Великой единой теории отдалилась на

целые световые годы от той точки, когда я начинал работу в этой области. В

последнее десятилетие нейронаука стала достаточно уверенной в себе, чтобы

начать предлагать идеи дисциплинам, которые обычно считались

гуманитарными.

Например,

сейчас

у

нас

есть

нейроэкономика,

нейромаркетинг, нейроархитектура, нейроархеология, нейроправоведение,

нейрополитика, нейроэстетика (см. главы 4 и 8) и даже нейротеология.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.