Проклятие флибустьера

Середенко Игорь Анатольевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Проклятие флибустьера (Середенко Игорь)

Предисловие

Карибское море — оно помнит многих прославленных корсаров, отъявленных негодяев и искателей приключений: Уильяма Кида, Франсуа Олоне, Джона Моргана и других. Пиратов испанцы называли — ладронес. Одним из самых прославленных корсаров и одержимых жаждой наживы, а так же любителя приключений был Джон Морган. Морган когда-то был одним из самых известных пиратов. По окончании своей корсарской карьеры он получил вице-губернаторское место в Порт-Рояле. Он имел огромные плантации и сотни рабов. Иногда он ездил в Англию, что бы осудить или повесить кого-то из старых соратников. Он похоронен на местном кладбище в Порт-Рояле. Его родня по семейной традиции до сих пор живет на воде, в роскошной яхте под названием «Корсар».

В 16–17 века происходит бурное развитие пиратства в Карибском море. Мировые капиталистические акулы, такие, как Испания, Англия, Франция, воевали друг с другом за Карибское богатство: золото, рабы (черное дерево). Все отбросы общества: дезертиры, работорговцы, убийцы, воры, прибывали сюда в поисках легкой наживы, иные искали способ разбогатеть в кратчайшие сроки или скрывались от властей. Получив награбленное, пираты за несколько дней, все спускали трактирщикам, шлюхам, играя в азартные игры, а потом, совершенно без денег, отправлялись на рыбную ловлю, охоту или вновь промышляли пиратством. На карибские острова свозились осужденные, которых затем продавали в рабство. Процветала торговля людьми. Американские плантации лишь требовали рабов (люди быстро гибли) и потому торговля черным деревом (джим кроу) не прекращалась. Многие зарабатывали на этом огромные богатства. Духовенство, князья, короли выдавали «рыцарям наживы» (корсары) свитки пергамента с большими сургучными печатями, которые свидетельствовали о праве захвата и грабежа вражеских судов. Иными словами, эти свидетельства давали им право законного разбоя. В этом случае их называли уже не пиратами, а «корсарами» или «каперами». Свидетельства выдавались на грабеж кораблей той страны, с которой велась война, а войны велись непрерывно. Пиратами считались те, кто грабит корабли своей страны и союзников. Даже церковь поощряла морские грабежи. Главным объектом морского разбоя была Испания. Для нападения на испанцев создавались пиратские базы: для французов — Тортуга, а для англичан — Порт-Рояль на острове Ямайка. «Свободные мореплаватели» — так называли флибустьеров, были пиратами, которые занимались морским грабежом. «Охотники» — так называли буканьеров, их мастерством и образом жизни была охота. Пираты, в основном, состояли из флибустьеров и буканьеров, иногда к ним присоединялись индейцы, мулаты и рыбаки. Пираты перемещались на быстрых судах — баллуга. В городах велась торговля продуктами, выращенными на плантациях, здесь же процветали ростовщики, продавцы краденного или неграбленого, работорговцы (продажа негров и штрафников), проституция. Дешевле всего, в этом центре преступности, ценилась человеческая жизнь.

Событие 1697 года в корне изменило судьбы многих пиратов. В этом году произошло большое землетрясение, вследствие которого, центр пиратства опустился на морское дно. Как бы в наказании пиратскому насилию и разбою, творимого в Карибском море, сама природа восстала против грешного человека. Но люди не уняли просьбам природы и значению этого события, и вскоре, появилась и стала процветать новая пиратская база — гавани Багамских островов. Такие города Америки, как Нью-Йорк и Бостон, разбогатели именно на торговле с пиратами. Багамские острова были выгодно расположены для разбоя, они были близки, и к американскому континенту, и недалеко от испанских колоний в Карибском бассейне.

1. Прибытие на остров

1.1. Монахи

Год 1697-й. Карибское море. Небольшое пиратское судно преследует двухмачтовое судно, у которого не было флага, ни одного опознавательного знака. У кормы стояли двое пиратов и наблюдали за преследуемым неизвестным судном.

— Тысяча чертей, если это не испанец!

— Да нет, не похоже. Наверняка это какой-то голландский торговец, видишь, он без флага идет.

— Наверное, уже догадался, что мы его преследуем.

— Думаю, что через три часа мы его нагоним. Вот тогда-то и повеселимся. Надоело бороздить пустыми. Ведь уже месяц ходим впустую. Разнеси меня гром!

Преследование пиратами неизвестного судна длилось еще четыре часа. Капитан приказал готовиться к абордажу. Все прошло на высоком уровне. Пиратское судно к часу дня настигло преследуемое судно и взяло на абордаж. Пираты работали, как дьяволы. Ловкими движениями, они соединили суда кошками и привязали их накрепко канатами. Как разъяренные, голодные тигры, они набросились на добычу. Без малейшего сопротивления они перебрались на палубу неизвестного судна. Здесь они увидели нечто неожиданное. На судне находились лишь монахи, которые стояли полукругом вокруг какого-то сундука, расположенного в центре палубы. На них были надеты длинные рясы, а их головы были укрыты капюшонами. Пираты быстро окружили небольшую группу монахов, которые, по-видимому, защищали сундук. Капитан пиратов вышел вперед.

— Какого дьявола! — заорал он. — Кто вы такие?!

Несмотря на разъяренного пирата, монахи продолжали молчать. Их спокойствию можно было позавидовать. Создавалось впечатление, что их жизни ничего не угрожает. Пираты, к этому времени, уже находились на всей палубе неизвестного двухмачтового судна и держали все под своим контролем.

— Надо проверить, что у них в трюмах! — сказал один из пиратов.

— А может эти канальи, что-то в сундучке запрятали? Небось, церковные книги! — раздался громкий смех пиратов.

— Открывайте свой сундук братья, да поживей! — сказал грозно предводитель пиратов. — Я дважды повторять не люблю, — добавил он.

Капитан сердито и угрожающе посмотрел на монахов, которые, не смотря на его грозный вид, так и не шелохнулись с места. Их лица, под капюшонами ряс, хранили невозмутимое спокойствие и молчание.

Видя это, капитан пиратов начал подходить ближе к ним. И вдруг, неожиданно для пиратов, монахи, словно по чьей-то невидимой команде, все как один вытащили из своих длинных ряс мечи и застыли в боевых позах, ожидая отразить любую атаку пиратов.

— Вы, что это задумали, святоши?! Драться удумали, вас же всего шестеро. Да я вам глотки перегрызу! — заорал капитан пиратов.

— А может, мы перестреляем их просто с пистолей, капитан? — сказал один из пиратов, обращаясь к своему вожаку, видя, как тот нервничает.

Пираты, все как один, двинулись на небольшую горстку монахов, которые по-прежнему не двигались со своих мест. Их невозмутимые лица поражали спокойствием, с которым они охраняли небольшой сундук, по виду очень старый, с металлическими крестами необычной формы.

Пираты уже почти приблизились на расстояние атаки, как вдруг, распахнулась дверь каюты нижней палубы. Из нее вышел очень старый монах, голова которого была покрыта капюшоном. Его руки были дряблыми и немощными. Он еле передвигался на ногах и тяжело дышал. Его глаза были удивительно голубые. На ярком солнечном свете казалось, что их вовсе нет. Он был встревожен, но это беспокойство не шло от внезапного нападения и штурма судна. Это было что-то потаенное, скрытое в синеве его глаз.

— Стойте! — тихо, немного задыхаясь, с большим усилием, произнес старый монах.

Из под своей мантии он достал, небольшого размера, книгу.

— Здесь все написано, — сказал, тяжело дыша, монах. — Вы не должны этого делать. Не выпускайте его. Иначе… — монах начал кашлять, из его горла показалась кровь, и он упал на палубу.

— Какого дьявола! — заорал капитан. — Вперед мои коршуны! Очистите это судно!

Пираты набросились на монахов. Они дрались словно тигры. Ловкими движениями, они согнали монахов в кучу и обезоружили их. Капитан подошел к сундуку, который так яростно и настойчиво охранялся монахами. Он открыл сундук ножом. В сундуке было семь статуэток, сделанных из дерева, кости, железа и бронзы, одна из них и вовсе была сделана из каких-то тонких веток неизвестного вида дерева.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.