Выставка домашних животных

Черных Юлия Вадимовна

Жанр: Детективная фантастика  Фантастика    Автор: Черных Юлия Вадимовна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Порой я летаю во сне. Ветер свистит, теребит волосы, облака влажными перьями гладят мне лоб и щеки. Насколько хватает глаз, расстилаются поля с игрушечными домиками ферм, или город, или лес, который стремительно приближается, так, что я начинаю различать каждое дерево.

Я всегда лечу вниз.

Я падаю.

Над центральным входом Битцевского конноспортивного комплекса над флагами держав Галактического союза переливалась черно-зеленым надпись «Фестиваль домашних животных». Возле ворот было не протолкнуться. Я бросил свою «соточку» у причального столба и спрыгнул на тротуар.

Пройдя контрольный пункт — биометрия, прозвонка, рентген (когда брали отпечатки пальцев, я невольно напрягся, но дежурный отослал их в базу не глядя), — я ступил на территорию комплекса.

Марина сказала: «восьмой ангар, пятьдесят второе стойло», самый дальний угол.

Возле конюшен я остановился покурить. Стоял, грелся на солнышке и рассеянно наблюдал как из платформы, украшенной яркими спиральными кляксам, словно игрушечные солдатики выпрыгивают мирдонцы в парадной форме.

Пахнуло ароматным дымком, и над моей головой шумно вздохнули. Я посмотрел наверх и увидел жирафа, который высовывал морду в маленькое окошко. Рядом показалась вторая морда, куснула первую за ухо и пристроилась рядом.

— Привет, ребята, — сказал я. — Сахара у меня нет, так что не обессудьте.

Вторая голова посмотрела на меня с укоризной. Внутри снова вздохнули, из оконца потянулся дымок. Жирафы мотнули ушами и скрылись.

Восьмой ангар, разбитый на две секции фанерными перегородками, оказался возле леса. У второго входа пара долговязых нодов выгружали клетки с чириками, похожими на антилоп с крылышками. Третий нод, кругленький, в роскошной чешуйчатой шубе, держал на поводке молодого леопардона. В другой руке у нода была трость, на ручке которой плавно поводила крылами огромная сонная бабочка.

Марина стояла внутри и наблюдала, как пятирукий баргастрайтер, подбадривая себя специальными терминами «майна!», «вира!», «заноси угол», устанавливал столб с кормушкой. Рядом с ней переминался с ноги на ногу королевский пятирогий жираф в роскошном ошейнике, расшитом каменьями. С ним и с Мариной я познакомился прошлой зимой, они ездили на гравилифте мимо моего окна. Мирзой Бен Адамас Хуран-оглы — полное имя жирафа — жил в пентхаусе в оранжерее. Эксцентричный камерунский миллионер завещал Мурзику все свое состояние. Опекунский совет нанял Марину присматривать за жирафом и платил неплохие деньги. Участие, а особенно победы на выставках оплачивались особо, поэтому Марина не упускала возможности вывести Мирзоя Бен Адамаса на люди.

Ознакомление с разнообразием живой природы основательно расширяло мой кругозор, и я охотно откликался на приглашение составить Мурзику компанию.

— Аллес, хозяйка, — сказал баргастрайтер, забив последний болт. — Принимай работу.

— Мастерство, — сказал я уважительно. — Его не пропьешь.

— Но и не купишь, — баргастрайтер выжидающе посмотрел на Марину.

— Сейчас, сейчас. Конечно. Вот, этого хватит?

Того, что она дала, хватило бы, чтобы пропить любое незатейливое мастерство. Баргастрайтер присвистнул: «Камкхон в Ваших руках, мадам» — и удалился. Я мельком подумал, что пятирукие ребята с Байгастры слишком быстро переходят на экономный режим метаболизма.

Посреди секции на полу высилась куча зеленых веток. Мурзик сунул морду в листву, Марина сняла ошейник, сунула мне в руки и безжалостно затолкала жирафа в стойло.

— Успеешь еще пожрать, — сказала она сердито. Мурзик обиженно фыркнул и запрял ушами.

Я повертел ошейник, разглядывая украшения. Накладки из шелково поблескивающего чароита, разноцветных турмалинов и капелек лунного камня складывались в необычный орнамент. Венчал композицию огромный овальный кошачий глаз необычного зеленого оттенка. «Зрачок» глаза завораживал, гипнотизировал. У меня закружилась голова и сделались ватными ноги.

— Дай сюда, — Марина бесцеремонно вырвала у меня ошейник и положила его в чемоданчик. Я несколько удивился ее грубоватому тону, не так уж мы близки. В отместку подсмотрел код на шифр-замках: домашний адрес, очень удобно. Впрочем, заметно было, что девушка не в себе. У нее были красные заплаканные глаза, она нервно расхаживала по ангару.

Возле кучи веток у Марины подвернулась нога, она вскрикнула и упала на ворох листьев.

Я кинулся помочь, но девушка оттолкнула меня, села, обхватив колени руками, и заплакала. Я забормотал что-то успокаивающее, но это только усугубило рыданья.

— Ну что сегодня за день, — проговорила она, всхлипывая. — Что за гнусный, отвратительный день! Я готовилась на этот фестиваль, знакомства заводила, надеялась…И что? Судьи придурки, спецов по жирафам нет, диплом не дают. — Марина судорожно вздохнула, отирая слезы. Я дал ей одноразовый платок, девушка вытерла лицо и резко высморкалась. — А самая жопа то, что в этой говенной Битце я одна с жирафом!!!

— Ну и что? — спросил я, доставая следующий платок.

— А то, что в сорев…ик!..соревновательной части мы не участвуем и пролетаем мимо фестиваля на Метрополии-и-и… — Марина скривила губы и зарыдала с новой силой. — Я так мечтала-а-а… А тут одни инопланетки, да козочки-дешевки… Блин! — она подняла мокрое лицо и посмотрела мне в глаза. — А все подонок Вадик! Он меня тащил на фестиваль, настаивал, вдруг, видите ли, заболел.

Вадик — мой сосед, великовозрастный обалдуй, по-моему, нечистый на руку. Я много раз видел его с разнообразными девушками, но никогда с Мариной.

— Вчера Вадим был здоровехонький, — сказал я.

— Я знала, он нарочно, он Мурзика не любит. — Марина попыталась подняться и рухнула обратно. — Нога! Ой, как больно. Встать не могу. Федор, вот что. Возьмите контейнер, — она кивнула на чемоданчик, — и отнесите… Хотя нет, могут заметить. Сейчас, я договорюсь. Это срочно.

Марина переключила вотчер на визуальный режим и набрала номер. В воздухе возникло изображение человека в маске. «Не звони мне больше, дорогая», — сказало изображение и исчезло. Марина ахнула и нажала повтор. «Не звони мне больше, дорогая», — повторил неизвестный господин. Марина судорожно защелкала по вотчеру. «Контакт заблокирован», — сообщил робот связи мелодичным голосом.

Марина швырнула вотчер о стенку и закрыла лицо руками.

— Не могу больше. Все, надо кончать… кончать… не могу…

Жалобно подвывая и нашептывая, девушка дрожащими руками расстегнула сумку, вынула флакончик, достала синюю капсулу и положила в рот. Внезапно глаза ее закатились, Марина упала на ветки, затряслась, стуча ботинками по полу. Лицо ее исказила гримаса, она захрипела, вытянулась и замерла.

Переход к трагедии был настолько внезапный, что я вначале ничего не понял. Просто стоял и ждал, когда Марина поднимется, что-нибудь скажет, даст указание. Но она не двигалась, только из уголка рта стекала струйка белесой слюны.

В стойле шумно вздохнул жираф. Я подумал, что, наверное, надо вызвать скорую, но они вызовут полицию, а это мне совершенно ни к чему. Уйти? Найдут по биометрическим показателям. Правда, у простых полицейских вряд ли получится идентифицировать меня по отпечаткам пальцев. И по радужке тоже…

Я склонился над Мариной. Девушка лежала, запрокинув лицо, глаза прикрыты. Может, это еще не смерть?

Я поискал у Марины пульс. Не нашел, нагнулся к лицу, пытаясь почувствовать дыхание, и ощутил легкий запах миндаля.

Лекарство! Где пузырек?

Флакончик лежал на полу, капсулы рассыпались. Я поднял, прочитал этикетку. «Papaver somniferum Мак снотворный». Папаверин? Впрочем, трудно ожидать на аптечном пузырьке надпись «цианистый калий».

В дверь ангара постучали. Господи, как не вовремя! Я панически заметался и, поддавшись внезапному порыву, забросал тело Марины ветками и прикрыл сверху Мурзиковой попоной.

В дверь настойчиво заскреблись. Я открыл. На пороге стоял немолодой мирдонец в шапочке научно-технической службы.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.