Облава. Святочный рассказ.

Азарьев Олег Геннадьевич

И вот теперь, прижавшись всей спиной к притолоке, она лихорадочно пыталась вспомнить хоть одну молитву из тех, что наизусть читал отец, но ничего не вспоминалось. И тогда она начала страстно шептать то, что приходило ей на ум: «Господи, Матерь Божья, услышьте меня, защитите меня и моих детей, не дайте нас в обиду, обороните от страшной напасти, от смерти и мучений…» И при этом слышала, как грохотали в очередную дверь — все ближе и ближе. И чем ближе были шаги и стук, тем жарче и быстрее она шептала мольбы о спасении, о помощи, тем неистовее просила о чуде. Когда сапоги затопали по ее ступеням и стало слышно, как лязгают нагрудные бляхи полевой жандармерии о пуговицы на шинели, она обессилено опустилась на колени, но все шептала и шептала не останавливаясь и крестилась, крестилась — то мелко, то размашисто… И вдруг за дверью немец пролаял какую-то фразу. Нина услышала, как переводчик сказал кому-то по-русски: — Офицер спрашивает, кто здесь живет? И голос соседки, старухи, с которой Нина не так давно поскандалила: — Да здесь вдова-солдатка с двумя детками живет… Послышался немецкий перевод. Пауза. Скрипнул снег под подошвами. Нина вдруг ясно представила, как гестаповец, в своей черной форме, в кожаном пальто, в фуражке с задранной тульей, стоит перед дверью.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.