Ангелофрения

Хорсун Максим

Пролог Покрытые свежим лаком березовые половицы отзывались на легкие шаги вкрадчивым скрипом. Магдалина шла через синеватый сумрак. Газовые светильники, расположенные на стенах павильона, горели в четверть силы. Впереди высилась массивная, отливающая начищенной медью колонна рефрактора – оптического телескопа. Возле нее Магдалину ждал отец. Обычно в столь позднее время Магдалина уже спала, прижимая к груди тряпичную куклу, но сегодня пап а  – доктор физико-математических наук Павел Эльвен – впервые пригласил дочь на ночную экскурсию. Платье из английского сукна, кашемировая шаль, которая пришлась бы впору и взрослой даме, шерстяные чулки, – и все равно было холодно так, что приходилось дышать на ладони. На каждый выдох – по облачку пара. На каждый шаг маленьких ног, обутых в сапожки со шнуровкой, – тихий всхлип половиц, покрывающих поворотную платформу рефрактора. За куполом, венчавшим павильон, шумели ели и перекликались совы. Небо нависало над Пулковской обсерваторией морозным ясным сводом. Бритвенно-острый серп луны цеплял нижним краем поросшие лесом высоты, тускло отблескивал Млечный Путь; небосклон то и дело пересекали световые дорожки метеоритов. Отменная ночь для наблюдений, – так сказал пап а . И Магдалине было жутко интересно. В свои семь лет она смутно представляла, чем занимается ее обремененный ученой степенью, скупой на знаки внимания отец. Для нее наука о звездах и мировом эфире, заполняющем пространство, была сродни давно исчезнувшему волшебству.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.