Совсем не джентльмен

Патни Мэри Джо

Размер шрифта
A-   A+
Описание книги

Глава первая

…Что нам делать с беременной герцогиней? Нет, ну что нам делать с беременной герцогиней? Что же нам делать с беременной герцогиней Ранним-ранним утречком?

Вот такую незамысловатую песенку мурлыкала себе под нос Сара Кларк-Таунсенд, направляя бричку по узкой, заросшей травой дороге, уводящей прочь от поместья Ральстон-Эбби. Когда же она перевела дыхание, чтобы затянуть новый куплет, ее сестра-близнец Мэрайя, герцогиня Эштон, пребывающая на последнем месяце беременности, звонко рассмеялась, но тут же испуганно прижала одну ладошку к животу.

— Ты сама сочинила ее, Сара?

Сара улыбнулась. Солнце уже поднималось над горизонтом, и в честь очередного славного весеннего денька девушка надела бледно-желтое платье, напоминающее о нарциссах.

— Я изменила слова матросской песни, которую услышала однажды. В оригинале спрашивается, что делать с пьяным матросом [2] .

— Пожалуй, даже пьяный моряк выглядел бы сейчас куда лучше меня, — с горечью заметила Мэрайя, откидывая с лица прядь золотистых волос, очень похожих на кудри сестры. — И не смеши меня, пожалуйста, иначе я рожу прямо сейчас!

— Не вздумай! — с тревогой откликнулась Сара. — Плохо уже то, что я поддалась на уговоры по поводу этой прогулки. В Ральстон-Эбби случится массовая истерика, когда там узнают об этом, пусть даже нас сопровождает Мерфи.

— Именно поэтому мне и захотелось прокатиться, — в отчаянии воскликнула Мэрайя. — Я не нахожу себе места! У меня все время болит спина, и я боюсь, что не выдержу и сорвусь из-за того, что все носятся со мной так, словно я сделана из фарфора. Я буквально схожу с ума. — Именно поэтому герцогиня Эштон оделась сама и на цыпочках прокралась по темным коридорам к двери Сары, после чего постучала и умолила сестру прокатиться, пока все еще спят.

— Это цена, которую тебе приходится платить за то, что у тебя есть обожающий муж, — заметила Сара, постаравшись за легкомысленным тоном скрыть зависть. Впрочем, она не держала на сестру зла за то, что у той наличествует столь замечательный супруг, — детство у Мэрайи выдалось нелегким, и она заслужила свое счастье. Но Сара сожалела о том, что упустила свой шанс стать счастливой.

— Да, это правда, и я не устаю благодарить за это судьбу! — сказала Мэрайя и поморщилась. — Ох, как же толкается этот маленький чертенок! Адам проявляет поистине ангельское терпение к перепадам моего настроения. Никогда раньше я не была такой раздражительной.

— Малыш скоро появится на свет, и ты вновь станешь прежней радостной и смешливой Златовласой Герцогиней. — Свободной рукой Сара поправила толстый шерстяной плед. Они с сестрой оделись потеплее и подняли верх брички, чтобы защититься от ветра, но в утреннем воздухе все еще чувствовалась прохлада.

— Надеюсь, все будет именно так, как ты говоришь. — Мэрайя заколебалась. — В последнее время меня не покидает такое чувство… будто надо мной нависла какая-то туча. Мне кажется, что должно случиться нечто ужасное.

Сара нахмурилась, но тут же постаралась придать своему лицу выражение безмятежности.

— Это вполне естественно для первой беременности. Но женщины проходят через это с незапамятных времен, и я уверена, что ты справишься, как всегда. Мама не намного крупнее нас с тобой, а близнецов выносила и родила без труда.

— Это сейчас она так говорит, — быть может, она всего лишь старается подбодрить меня. — Но тут настроение Мэрайи переменилось, и она улыбнулась. — Жду не дождусь, когда я буду вся такая спокойная и разумная, а ты будешь вовсю капризничать из-за своего первого ребенка. И пожалуйста, избавь меня от этого вздора, что ты, дескать, обречена оставаться старой девой. Половина друзей Адама предложат тебе руку и сердце, стоит тебе хотя бы раз улыбнуться кому-либо из них.

Сара выразительно закатила глаза.

— Не говори глупостей. У меня нет ни малейшего желания превращаться в бледное подобие Златовласой Герцогини. — Впереди показалась развилка, и она придержала пару гнедых лошадок. — Я не очень хорошо знакома с окрестностями. Нам в какую сторону?

— Поворачивай направо, — сказала сестра. — Эта дорога ведет к заброшенной церкви, которая стоит на макушке самого высокого холма в округе. Она очень-очень старая и расположена не слишком удачно, поэтому ходить в нее постепенно перестали после того, как деревушка Ральстон переместилась в долину. — Мэрайя погрустнела. — Мы с Адамом частенько приезжали сюда в те времена, когда я еще не была похожа на раскормленную корову. Смотрю на тебя, чтобы напомнить себе, какой я сама была когда-то.

— Ты скоро вновь станешь прежней. Мама говорила, что даже после рождения близнецов она быстро вернула себе былую стать, так что оставаться красивыми — у нас в крови.

— Надеюсь, она права. — Мэрайя крепко сжала руку Сары. — Я так рада, что ты здесь! И очень жалею о всех тех годах, что мы провели порознь.

— У нас с тобой впереди целая жизнь, и мы еще успеем превратиться в настоящих сплетниц, — заверила ее сестра.

Дорога между тем пошла вверх. Вскоре глазам женщин предстала простая каменная церковь.

— Какая прелесть! — воскликнула Сара, когда они подъехали ближе. — Похоже, ее строили саксы. Ей наверняка больше тысячи лет, и она очень хорошо сохранилась.

— Адам поддерживает церковь в достойном состоянии. Зимой, когда работы в поле почти нет, это позволяет ему занять людей. — Мэрайя жалобно поморщилась, поглаживая свой огромный живот. — Они даже расчистили подземную часовню, где раньше совершались погребения, и соорудили дубовые скамьи. А когда церковь будет восстановлена полностью, он найдет им другое занятие.

На голой макушке холма ветер казался особенно пронзительным. Напомнив себе, что сейчас все-таки весна, а не лето, Сара предложила:

— Быть может, вернемся назад? Не хватало еще, чтобы ты простудилась. Если удача будет к нам благосклонна, мы вернемся в поместье до того, как все проснутся и обнаружат, что ты исчезла.

Мэрайя уже собралась было ответить, но вдруг ахнула и согнулась пополам, обхватив живот обеими руками.

— О боже, думаю, ребенок хочет появиться на свет прямо сейчас!

Сердце замерло у Сары в груди. Она резко натянула вожжи, останавливая экипаж.

— Нет, пожалуйста, нет! Подожди, пока мы не вернемся в поместье! Это всего каких-нибудь полчаса, даже меньше.

— Я… я не могу! — Мэрайя вцепилась в борт брички, ее карие глаза стали огромными от страха. — Джулия рассказывала мне об этом, она говорит, что иногда роды бывают стремительными, а иногда — долгими. Так вот, я бы предпочла, чтобы они были долгими, поскольку они у меня первые.

— Но на самом деле тебе не терпится, и ты решила родить поскорее. — Сара изо всех сил старалась не выдать голосом волнения, хотя и пребывала в панике.

Привязав вожжи, она выпрыгнула из брички, чтобы помочь Мэрайе сойти на землю. Юбки сестры сзади уже перепачкались кровью, смешанной с околоплодными водами. Что же делать? Что же им делать?

Грум! Из-за поворота показался Мерфи, и Сара отчаянно замахала ему свободной рукой.

Мерфи пришпорил коня и через несколько секунд оказался рядом с ними.

— Что случилось, мисс?

— Она рожает! — коротко ответила Сара.

На лице Мерфи на мгновение отразился ужас, который испытывает большинство мужчин, столкнувшись с женскими проблемами произведения на свет потомства, но он был солдатом, и ему понадобился лишь краткий миг, чтобы взять себя в руки. Он деловито поинтересовался:

— Быть может, я отвезу герцогиню домой на своей лошади? Так будет намного быстрее.

— Нет! — Мэрайя выпрямилась, и лицо ее исказилось гримасой мучительной боли. — Мне нужно… помедленнее. И… о, Боже, мне нужен Адам!

Беременную женщину слишком опасно везти в седле, а бричка была чересчур мала, чтобы Мэрайя могла вытянуться в ней. Как же поступить? Сара быстро взвесила все возможные варианты и заявила:

— Я отведу ее в церковь и постараюсь устроить поудобнее. А вы доставьте сюда Эштона, и большую повозку, и… подстилку — солому, пуховые перины или что-нибудь в этом роде. Не забудьте о леди Джулии, поскольку она — акушерка герцогини.

— Слушаюсь, мисс. — Мерфи развернул коня и стремглав умчался прочь.

— Ты можешь идти? — обратилась Сара к сестре, стараясь, чтобы голос ее не дрожал.

— Думаю… думаю, да. — Мэрайя на мгновение прикрыла глаза, собираясь с силами. — Схватки прекратились. Проводи меня внутрь, чтобы я могла прилечь.

Свободной рукой Сара подхватила оба пледа, прежде чем направиться с сестрой в старое каменное здание. Дверь, как и крыша, выглядела совсем новой и легко распахнулась.

Внутри дюжина скамей стояла перед алтарной частью, которая на ступеньку возвышалась над нефом и на которой располагался простой каменный алтарь. Арочный проем в дальней стене нефа вел в небольшую комнатку, скорее всего придел Богоматери. Узкие стрельчатые окна создавали полумрак, а поскольку стекла в них отсутствовали, в церкви было холодно. Но по крайней мере здесь они укрылись от ветра.

Сара быстро сказала:

— Сейчас я расстелю плед и попробую соорудить для тебя нечто вроде тюфяка.

Мэрайя молча кивнула в знак согласия. Сара сложила плед пополам, чтобы смягчить каменную жесткость пола, и помогла сестре прилечь. Когда она укрывала Мэрайю вторым пледом, та вскрикнула — у нее началась очередная схватка.

Стараясь ничем не выдать своего страха, Сара взяла сестру за руку, которую та судорожно стиснула.

2

«Что нам делать с пьяным матросом?» — народная песня-шанти XIX в. Песня была перепета множеством исполнителей. Во времена парусного судоходства шанти имели практическую ценность: их ритм помогал морякам синхронизировать темп совместной работы и разгонял скуку тяжелого труда. Кроме того, с их помощью команда могла высказать свое мнение о ситуации, не дав повода к наказанию от начальства.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.