Русское родноверие. Неоязычество и национализм в современной России

Шнирельман Виктор Александрович

Размер шрифта
A-   A+
Описание книги

Русское язычество вызывает определенный интерес даже у издателей альманаха «Волшебная гора», которые в целом пытаются придерживаться платформы «просвещенного славянофильства» и Православия. «Арийская идея» находит отклик у некоторых националистических движений, подчеркивающих свою ориентацию на русское православие. Это, например, характерно для Православного народно-патриотического фронта «Память», лидер которого Александр Кулаков, рассуждая о духовной войне между православием и сионизмом, связывал православие с «арийским генотипом» и ссылался не только на отцов Церкви, но и на «дохристианскую ведическую литературу». В большевиках он видел «космополитов-сионистов», противопоставляя им Сталина, которого он, надо думать, числил «чистым арийцем» (Reznik 1996: 102–104).

Руководимое В. И. Корчагиным издательство «Витязь» регулярно выпускает труды русских неоязычников в серии «Библиотечка русского патриота», куда входит и другая антисемитская литература [88] . Вслед за ним этой деятельностью занялась и руководимая А. Аратовым издательская группа «Русская Правда». Отдельные неоязыческие публикации появляются в ориентированной на силовые структуры газете «Народная защита», а также в газете НПСР «Патриот», которая находится под контролем КПРФ. Мало того, неоязыческое движение и его идеи время от времени популяризируются в центральной печати (см., напр.: Егорова 1995; Гореславский 1996а, 1996б, 1996в, 1997) и все чаще – на телевидении.

88

О безуспешных попытках привлечь В. И. Корчагина к суду см.: (Дашевский 2000).

Некоторые правозащитники полагают, что «неоязыческие националистические издания ориентированы на довольно узкую аудиторию» (см., напр.: Лихачев 2003: 104). Вместе с тем, пропагандируемый ими арийский миф уже более десяти лет как подхвачен иными изданиями, включая некоторые федеральные СМИ. Он развивается рядом писателей, а также время от времени транслируется по телевизионным каналам. Так что его аудиторию трудно назвать «узкой».

Глава 12. Разброд, расколы и альянсы

Прежний председатель Национально-республиканской партии России Николай Лысенко занимался воспеванием «национального язычества», которое, как он утверждал, до сих пор составляет основу русской культуры, несмотря на искусственно привнесенные христианство и коммунизм (Лысенко 1994: 192–193, 204–205). На состоявшемся после раскола этой партии в декабре 1994 г. съезде новый председатель одной из ее наследниц (НРПР-Б) Ю. А. Беляев предложил «Союзу венедов» стать одним из аналитических центров этой партии для выработки «идеологических и методологических основ русского национального движения» (Беляев 1995: 19) [89] .

89

Правда, позднее Беляев стремился всячески дистанцироваться от «дедушки русского фашизма», связь с которым могла бы его скомпрометировать. См.: (Беляев 1998б).

Сходные идейные позиции занимало образовавшееся в Петербурге в 1992 г. и ныне сошедшее с политической сцены «Русское освободительное движение» (РОД), которое боролось за создание «чисто русского» государства с исключительно русской по крови бюрократией. Своим символом оно избрало «знак Перуна» – изображение трехпалой свастики (любимый символ расистов бывшей ЮАР). Перспективу это движение видело в установлении жесткого диктаторского режима, опирающегося на военную диктатуру внутри страны и ведущего агрессивную внешнюю политику. В соответствии с логикой развития радикального русского неоязычества это движение также стояло на ярко выраженной антисемитской платформе (Максимов, Генералов 1992).

Его история достаточно симптоматична своей тенденцией. Движение РОД возникло на основе Духовного союза «Тезаурус», тесно связанного с Ленинградским мужским клубом. Создателем этого союза был врач С. П. Семенов, разработавший на рубеже 1970-1980-х гг. учение «Аутентизм» и читавший воскресные проповеди в Ленинграде с 25 июля 1990 по 22 декабря 1991 г. Целью своих проповедей, или медитаций, Семенов провозглашал достижение гармонии ради физического и духовного оздоровления, чему и был посвящен созданный им курс «Русские веды». Вместе с тем, в отличие от «Союза венедов» его интересовало не прошлое, а будущее, и он провозглашал: «Жизнь – целеустремленное Бытие и коренится в будущем; не в прошлом, как думают иные, а в будущем». Ведь прошлая цивилизация переживает глобальный кризис и близится к неизбежной гибели. Поэтому для него человеческая история начиналась именно в будущем, и он грезил о новом типе социальной организации, основанной на «Планетарном Разуме», что и означало возникновение «Богочеловечества» (Семенов 1990: 4; 1991б: 4).

На практике же его проповеди строились на оживлении славянского языческого наследия, и он взывал к языческим богам (Ярило, Лада, Дажьбог, Велес и др.), пропагандировал языческие праздники, объяснял их суть, учил правильному ритуальному поведению во время их проведения. При этом его проповеди предназначались не абстрактному человечеству, а, прежде всего, русским людям, и он убеждал их воспрянуть от векового сна, излечиться от лени и эгоизма и вспомнить о великом предназначении Руси как «страны-богоносице», призванной принести миру воскресенье. Одновременно он обличал недругов Руси, среди которых он равным образом числил «космополитов, интернационалистов, сатанистов и развратников». Так как эти определения могли показаться чересчур абстрактными, он включал сюда и «инородцев, культуртрегеров», что предоставляло «народному гневу» более точную мишень. Он красочно живописал, как они захватили СМИ и целенаправленно разрушают Россию и русский народ (Семенов 1991в: 6–8). Им он предрекал горестный конец: «те, кто ратует за уничтожение русских, как нации, сами обречены гибели» (Семенов 1991а: 7–8). В частности, он с явным неодобрением относился к «иудео-христианству» и считал, что оно без всякой надобности облекает национальные духовные представления в универсальные «иудео-христианские ризы» (Семенов 1991б: 5). В то же время, полностью себе противореча, он все же искал основу для универсальной общечеловеческой «духовной традиции» и находил ее не в славянском язычестве, а в неоиндуизме! (Семенов 1991б: 10).

Постепенно взгляды Семенова получали все более русоцентристский характер, и уже в 1994 г. он объявил свое учение «Аутентизм» идеологией возрождения и укрепления России. К середине 1990-х гг. в идеологии Семенова общепланетарные мотивы уже отошли на второй план, и он заявлял, что «нас, прежде всего, интересует судьба русской нации» (Семенов 1995а: 18). Любопытно, что теперь и он стал обращаться к русской истории, взяв за основу концепцию, согласно которой русский народ сложился на основе славяно-русов, широко расселявшихся по стране и ассимилировавших местные иноязычные группы (Семенов 1995б: 6). К этому времени вокруг него возникли две политические организации – «Гуманистическая партия России» (ГПР) во главе с В. В. Богомоловым и «Партия русской государственности» (ПРГ) во главе с К. Н. Кондратьевым. ПРГ и возглавила «Русское освободительное движение» (РОД). Обе партии, как заявлялось, основывали свое мировоззрение на учении «Аутентизм», обе ставили своей целью установление в стране «русского порядка», обе видели своего главного врага в «транснациональной финансовой олигархии», основу которой, как заявлял Семенов, составляли евреи (Семенов 1994: 1, 13 сл.; 1995а: 6). Впрочем, РОД энергично отмежевывался от антисемитизма, хотя подчеркивал свой сознательный «антисионизм», причем сионизм понимался однозначно как «еврейский национализм» (Семенов 1995а: 18, 23).

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.