По образу и подобию своему

Безродный Иван Витальевич

Додж, уже смирившийся со своей судьбой, отдал ему недостающую сумму. — Ну, что ж, — воскликнул Хэнк, радостно хлопнув в ладоши. — В таком случае приступим немедля! Пройдемте, господа, в лабораторию! Лаборатория — это весьма громко сказано. Просто грязный неубранный подвал с нашим бесценным ДУХ'ом, парой ящиков со всякой белибердой, сейф, в котором папаша хранил пару бутылок виски и покосившейся полкой с солидной стопой старых порнографических журналов. Окон не было, только вентиляционная шахта, уже напрочь забившаяся столетней паутиной, да маленькая, но весьма неподатливая дверца, обитая листовым свинцом и ведущая на основной склад, где Хэнк пару дней назад в пьяном угаре устроил солидный погром. Первым делом папаша засунул деньги в сейф. Но ничего, я без труда подберу к этому ржавому металлолому соответствующий код… — Вот он, наш великолепный ДУХ! — с нескрываемой гордостью сообщил Хэнк, ласково поглаживая серебристый бок большого агрегата, занимающего добрую треть подвала. К вашему сведению, у нас есть еще ДУБ — Дырчатый Умножитель Березовского, но он нам, что говорится, не в тему. ДУБ’ом хорошо разве что гречу просеивать, да варить ее вакууме без потери витаминов. Говорят, получается сухо и совсем без пятен. Хотя, может, я что-то и путаю. ДУБ’ом мы давно уже не пользовались, он совсем проржавел и запылился, валяясь где-то на верхней полке.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.