Ценитель искусства

Аверченко Аркадий Тимофеевич

— Там спрашивают вас, ваше превосходительство. — Кто спрашивает? — Говорить: Бакст. — Жид? — Не могу разобрать. — О, Господи! Доколе же… Ну, проси… — Что вам угодно, молодой человек? — Я художник Бакст. Здравствуйте. Мне хотелось бы получить право жительства в столицах. — А вы кто такой? — Еврей. Художник. Рисовал костюмы для Императорской сцены, работал заграницей; в Париже и Лондоне обо мне пишутся монографии. — Монографии? Это хорошо. Пусть пишутся. Бакст переступил с ноги-на-ногу, проглотил слюну и сказал: — Так вот… Нельзя-ли мне… право жительства? — Нельзя. — Почему же? Его превосходительство встало и сказало значительно, с выражением человека, исполняющего долг: — Потому что! Правом жительства! У нас! В России! Пользуются! Только! Евреи ремесленники! — Ну-с? — А какой же вы ремесленник? Снова Бакст переступил на первую ногу; снова проглотил слюну — и, после минутной борьбы с самим собой, сказал: — Ну, я тоже ремесленник. Его превосходительство прищурилось. — Вы? Ну, что вы! Вы чудесный художник! — Уверяю вас — я жалкий ремесленник! Ей-Богу! Все мои эскизы, костюмы и картины — жалкое ремесло.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.