Собрание сочинений в трех томах. Том 3

Троепольский Гавриил Николаевич

Там живописно расположились три молодых парня: один лежал на весеннем припеке и, задрав рубаху, видимо, грел живот; второй, закрыв от солнца козырьком глаза и подвернув ноги калачиком, сидел рядом и грустно-лениво смотрел на воду; третий (как оказалось потом, старший баржи), лежа на спине и мечтательно смотря в небо, играл на балалайке «Светит месяц». Никто из них и не пошевелился, когда я вскарабкался на палубу. Кажется, я мог бы походить-походить, вернуться обратно на берег, но они не обратили бы внимания. — Здравствуйте, — говорю. Грустный парень — тот, что сидел, — сдвинул козырек на затылок и лениво ответил за всех: — Привет из Крыма. — Не глядя на меня, сказал: — Гля-ка, Кирюха… Рыба идет… по-над берегом. Кирюхой оказался тот, что грел живот. Он встал на колени, глянул за борт, сказал будто спросонья: — Рыба. — И снова лег. Теперь он запахнул полы пиджака и засунул руки в рукава. — Потеплело — она и пошла… Запрет на нее. — Какой запрет? — вновь попытался я пробить броню невнимания. Но Кирюха промолчал (пусть другие скажут, если это так уж важно). Ответил старший: — На рыбу запрет. Весной нельзя.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.