Беглец

Станюкович Константин Михайлович (Л.Нельмин, М. Костин)

- Эка отчаянный, прости господи! - вырвалось чье-то восклицание среди притихших слушателей. - Догнал я, братцы, своих и ничего не сказываю. И самому боязно, как бы в ответе не быть, и Максимку жалко: пропадет, думаю, ни за грош. Хорошо. Пришли на пристань. Мичман проверил. "Все, кажется?" - "Все, ваше благородие, окромя Максимки, лейтенантского камардина!" - отвечает унтер-офицер. "Его, видно, барин ночевать отпустил! - смеется мичман. - Не казенный он человек - садись, ребята, на баркас!" Сели и отвалили. Пристали к конверту и сейчас же нам роздали койки. Спустился я в палубу, подвесил койку, разделся, лег спать, но только нет у меня сна, братцы... Все Максимка в мыслях. А как беднягу поймают? Ведь Мордобой не простит. - Шкуру спустил бы! - вставил кто-то. - Шкуру - шкурой, да потом в Сибирь или в солдаты... Злопамятный он, Мордобой... Только лежу это я в койке и слышу вскорости он кричит: "Максимку послать!" (Мичман-то был добрый и не сказал, что Максимка не приехал.) "Так и так, ваше благородие, доложил вестовой, Максимка с берега еще не вернулся". - "Ах, он такой сякой! Завтра узнает, как без спросу опаздывать! Как вернется, тую ж минуту ко мне послать подлеца!" Ему и не в догадку, что Максимка вовсе остался. Ладно. Прошел этак день!.. Максимки нету, и тут уже, должно, Мордобой догадался, что дело неладно. Вестовые после сказывали, что озверел он в те поры совсем, забегал по кают-компании и кричит: "Со дна морского достану и насмерть запорю неверного раба!" Другие офицеры ему по-французски, стыдили, значит. После того он шарахнулся в каюту, как угорелый - давай проверять, целы ли деньги и вещи...
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.