Необоримая стена

Черногорец Лариса

Розовые, румяные ватрушки, рогалики, присыпанные сахарной пудрой, дразнились выглядывающими из под неё алыми капельками повидла. Маленькие круглые пирожные, с нахальными красными вишенками, на шапочках из взбитых сливок, аппетитно красовались на фарфоровом блюде, посреди стола, накрытого белой праздничной скатертью. Акакий Петрович сладко улыбался, наливая крепкий ароматный чай в большие фарфоровые чашки из стоящего тут же на столе пузатого самовара: — Ты кушай, Настенька, кушай, угощайся, не тушуйся. Марьюшка в отъезде до завтра, а барышня… барышня, никак, спит? — Спит Акакий Петрович, только что уснула — набегалась за день, умаялась, сначала ни в какую не хотела спать… — Ну, вот и славно! Вот и славно, ты угощайся, не стесняйся. Вот посидим с тобой почаевничаем… Слащавая улыбка хозяина и липкий, пронизывающий взгляд настораживали. Акакий Петрович приближался, мягко ступая, точно кошка, которая крадется за добычей. Настя попятилась. — Ну, куда же ты, птичка, сядь за стол со мной, выпей чайку, или ты меня боишься? — Ничего я не боюсь! — Настя решительно откинула косу за плечо, рванула на себя стул и, усевшись поудобнее, впилась зубами в белоснежный сахарный бочок рогалика. Акакий Петрович замер. Дрожь нетерпения пробегала по его телу.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.